Валерия Павловна, наконец, прикуривает.

– Какое еще обвинение мне предъявят?

– Ну, мало ли… По нынешней жизни, любого можно в чем-то обвинить. Например, в торговле наркотиками или в убийстве супруга…

Пока Жора приводит в чувство рухнувшую в обморок Валерию Павловну, я в двух словах объясню, в чем, собственно, дело, и зачем мы сюда притащились, если еще кто-то не понял. Неделю назад в наш отдел позвонила гражданка Мудролюбова и встревоженно-прокуренным голосом прохрипела, что у нее пропал единственный муж. Свалил вечерком за пивом в соседний ларек и вот уже как три дня не возвращается. Дама обзвонила больницы и морги, друзей-знакомых и, убедившись, что самой ей мужа не найти, обратилась в компетентные органы. Компетентный участковый инспектор Вася Рогов прогулялся к даме домой, принял заявление, метнул его в книгу происшествий, где оно хорошенько промариновалось, пока не попало к Жоре, на территории которого жил «потеряшка». За прошедшие трое суток последний не объявился, и Георгий, как всегда энергично принялся за поиски. Прежде всего, навел о нем справочки. «Пропавший» не относился к миру «проклятьем заклейменных», а возглавлял коммерческую структуру «Торговый дом „Погребок“, снабжавшую горожан винно-водочными продуктами. Со всеми вытекающими отсюда ужасными последствиями. Ибо рынок винно-водочных изделий постоянно находится в стадии брожения, это вам не картошки накопать. Мочить-не-перемочить, сажать-не-пересажать. Заморочек у пропавшего президента было, вероятно, в изобилии, посему он переписал часть личного имущества и жилплощадь на дорогую супругу. Теперь судебные или налоговые органы, в случае чего, не смогли бы наложить когтистую лапу на барахло президента торгового дома, а завистники перестали б распускать сплетни про жизнь не по средствам. Именно данный факт насторожил подозрительного Георгия, и он решил повнимательней осмотреть жилье пропавшего супруга Валерии Павловны, для чего взял с собой и меня.